Пресс-секретарь «Наших» пытается оскорблять оппонентов, пеняя им на возраст

Не хотел писать об этом, но важно зафиксировать кейс... 20 августа пресс-секретарь движения «Наши» Кристина Потупчик опубликовала у себя в блоге текст, направленный, как это нынче модно среди представителей прокремлевских молодежных организаций, на дискредитацию музыканта Юрия Шевчука.

Поводом для текста послужили предстовший 22 августа митинг-концерт в защиту Химкинского леса с участием Шевчука, а также «паразитическая» акция движения «Наши», приуроченная к митингу. (Акция состояла в показательной уборке участка леса активистами «Наших» и демонстративно противопоставлялась митингу экологов).

Запредельный уровень хамства пресс-секретаря даже комментировать не хочется, но процитировать для полноты картины, увы, придется:

А Шевчук – ни политик, ни музыкант. Он – кусок говна!

Прочие характеристики личности, творчества и мотивов Шевчука, щедро выдаваемые автором, приводить, извините, не буду – желающие могут ознакомиться с полной версией самостоятельно (оригинал статьи, правда, заблокирован за нарушение авторских прав, но копия доступна в журнале министра молодежи Василия Якеменко).

Я же хотел обратить внимание на другого рода инвективы, предназначенные также Шевчуку, но де-факто направленные на целую возрастную группу – пожилых и стариков:

...то, что Химкинский лес уже много лет утопает в свалке – это, конечно, престарелого рокера не волнует.

...Шевчуку на старости лет хотелось бы популярности, чтобы вся протестная молодежь не забывала и горланила его песни до посинения.

Всем известно, что он нацелился на пост мэра Химок. Пост этот для Шевчука – та самая ниша, которая позволила бы ему достойно встретить старость...

(Фантазии про пост мэра тоже позвольте не комментировать...)

Вряд ли Кристина Потупчик пыталась оскорбить стариков вообще – просто сочла, что для дискредитации оппонента все средства хороши. Однако использование слова «престарелый» и «старость» в качестве уничижительных характеристик неизбежно подразумевает, что преклонный возраст – это что-то позорное (усиливается этот эффект еще и тем, что к возрасту адресата в данном случае эти характеристики, строго говоря, не очень применимы). Это примерно как обозвать кого-то «русской свиньей» – даже если имелось в виду задеть одного конкретного человека, адресатами оскорбления являются все русские.

Тем не менее, идея унижения оппонентов по возрастному признаку показалась пресс-секретарю продуктивной, и она продолжает:

Заметили вы или нет, но у нас в стране образовалась настоящая банда со всем несогласных стариков – Лимонов, Алексеева, Лукин, Пономарев. Посмотрите, сколько этим стариканам лет уже: Лимонов – 67, Алексеева – 83, Лукин – 73, Пономарев – 69. Шевчуку пока 53, но он уже в этой группе. Надо признать, что у них была яркая жизнь, вся в протестах и борьбе. Больше всего на свете такие люди боятся бесславной серой старости, в бесконечной борьбе со спирохетами.

Старость вызывает у Кристины Потупчик не уважение, и даже не сочувствие, а презрение. Т.е. получается, что социальные проблемы, связанные с пожилым возрастом – т.е. неумение общества обеспечить старикам ощущение собственной нужности, включенности в общественную жизнь и, наконец, качественную медицину – это то, за что предлагается испытывать стыд не обществу, а самим пожилым людям.

Спустя два дня тема получила развитие: Кристина опубликовала еще один текст, в котором наряду с «пожилым кумиром» теперь фигурировали еще и «престарелые поклонники»…

Кристина Потупчик, конечно, не единственный человек из «Наших», позволяющий себе оскорблять  оппонентов по возрастному признаку. Так, коммиссар «Наших» Глеб Крайник, прославившийся пикетами в защиту ветеранов от журналиста А.Подрабинека, у себя в Живом журнале называет Э.Лимонова «престарелым фашистом», а Э.Радзинского — «престарелым шоуменом». Да и неприязнь к старикам – увы, не прерогатива молодых политиков какой бы то ни было политической ориентации: как известно, самый распространенный вид дискриминации на отечественном рынке труда – дискриминация по возрастному признаку. Однако же случай Кристины Потупчик поражает выпуклостью фактуры и, так сказать, глубиной разработки темы. Если у ее коллеги Крайника, можно сказать, «с языка сорвалось», то сама она повторяет обзывалку на разные лады и, что замечательно, попутно разъясняет, ПОЧЕМУ ИМЕННО быть старым стыдно.

И еще одно обстоятельство смущает мой ум. Лобовые публичные «наезды» на стариков – не шибко часто встречающаяся в природе вещь. Все-таки, несмотря на повсеместную дискриминацию и предрассудки в отношении стариков обычно доминирует риторика опеки и заботы. Несколько лет назад я специально искал проявления эйджизма в публичной риторике. Не нашел. А тут сначала представитель президента Анатолий Квашнин предлагает принудительно переселять стариков за город, а спустя месяц пресс-секретарь молодежной организации клеймит позором старость. Надеюсь, это совпадение, а не тенденция.

_{2.09.10, 15.52}