Я не автомобилист, но мне вполне понятно общее отношение экспертов к запрету автомобильных флэшмобов. Общей опасностью, которая объединяет не только «победившие» сюжеты, но и большинство участвовавших в голосовании, представляется даже не столько ограничение гражданских свобод, сколько упрямый отказ власти формировать в стране какую бы то ни было внутреннюю политическую культуру.
Нежелание слышать любые несогласные голоса и позитивно реагировать на протестные акции сродни отказу продавца выслушивать мнение покупателя о товаре. Покупатель говорит, что ботинки жмут, а продавец вызывает охрану, чтобы та хорошенько отмутузила разборчивого клиента. Законодательство все отчетливее становится не регулирующим, а репрессивным. Ботинки жмут? Так вы еще двое суток посидите в камере и померяете их, пока не подойдут.
Даже на этом фоне угрозы от мэра и префекта одного из районов Грозного звучат дико и бесчеловечно. Правозащитный центр «Мемориал», опубликовавший этот материал, много раз говорил, что принцип коллективной ответственности – моральный принцип современного терроризма. Мы не можем победить в открытой войне, значит будем взрывать их мирное население, потому что они «все виноваты». Терроризм – это война методом шантажа.
Теперь государственный чиновник говорит родителям террористов: «Вы живете на моей территории» (а не на своей!), и думаете, что сможете спокойно жить и передвигаться? «Как ваши дети поступают с мирными людьми, так и мы будем поступать с вами».
Если мы позволяем своей власти говорить такое, мы не только морально оправдываем и сами легитимизируем шантаж – мы сознательно обрекаем себя на невидимую для нас войну, в которой победит последний выживший.
Как граждане, мы обязаны сказать власти: если вы политики, то ищите политические решения; если вы хотите вести войну, то давайте сначала обсудим цели и цену.
Я не автомобилист, но мне вполне понятно общее отношение экспертов к запрету автомобильных флэшмобов. Общей опасностью, которая объединяет не только «победившие» сюжеты, но и большинство участвовавших в голосовании, представляется даже не столько ограничение гражданских свобод, сколько упрямый отказ власти формировать в стране какую бы то ни было внутреннюю политическую культуру.
Нежелание слышать любые несогласные голоса и позитивно реагировать на протестные акции сродни отказу продавца выслушивать мнение покупателя о товаре. Покупатель говорит, что ботинки жмут, а продавец вызывает охрану, чтобы та хорошенько отмутузила разборчивого клиента. Законодательство все отчетливее становится не регулирующим, а репрессивным. Ботинки жмут? Так вы еще двое суток посидите в камере и померяете их, пока не подойдут.
Даже на этом фоне угрозы от мэра и префекта одного из районов Грозного звучат дико и бесчеловечно. Правозащитный центр «Мемориал», опубликовавший этот материал, много раз говорил, что принцип коллективной ответственности – моральный принцип современного терроризма. Мы не можем победить в открытой войне, значит будем взрывать их мирное население, потому что они «все виноваты». Терроризм – это война методом шантажа.
Теперь государственный чиновник говорит родителям террористов: «Вы живете на моей территории» (а не на своей!), и думаете, что сможете спокойно жить и передвигаться? «Как ваши дети поступают с мирными людьми, так и мы будем поступать с вами».
Если мы позволяем своей власти говорить такое, мы не только морально оправдываем и сами легитимизируем шантаж – мы сознательно обрекаем себя на невидимую для нас войну, в которой победит последний выживший.
Как граждане, мы обязаны сказать власти: если вы политики, то ищите политические решения; если вы хотите вести войну, то давайте сначала обсудим цели и цену.